Иван Иванович Шишкин
И. Н. Крамской. Портрет художника И. И. Шишкина.
Родился в январе 1832 года в городе Елабуге. Отец его, небогатый купец, был большим ревнителем старины. Стремясь привить и сыну интерес к истории, он привлекал его к археологическим раскопкам древнего Болгарского царства на Волге, где Иван Васильевич помогал московскому профессору К. И. Невоструеву. В 1844 году отец отдал мальчика в казанскую гимназию, там будущий художник нашел себе несколько товарищей, с которыми «мог рисовать и рассуждать» об искусстве. Однако уклад гимназии, по словам самого Шишкина, препятствовал его стремлениям и наклонностям, и он после летних каникул 1848 года не вернулся в гимназию, «чтобы не стать чиновником». Строки автобиографии, написанной в третьем лице, позволяют узнать о занятиях молодого Шишкина, получившего свободу от «гимназии с ее узкой формалистикой».
В 1852 году Шишкин поступает в Московское училище живописи и ваяния, получает хорошую подготовку под руководством А. Н. Мокрицкого. В 1856-1860 годах он продолжает обучение в Петербургской Академии художеств у С. М. Воробьева.
Успехи молодого художника, отмеченные золотыми и серебряными медалями, подтверждают отзыв его прежнего наставника Мокрицкого в связи с поступлением Шишкина в Академию: «Лишились мы отличного и даровитого ученика, но надеемся увидеть в нем со временем отличного художника, если он с той же любовью будет заниматься в Академии». Стремление к «верности, сходству, портретности изображаемой природы» проявляется уже в ранней работе «Вид в окрестностях Петербурга» (1856, Государственный Русский музей).
В 1858-1859 годах Шишкин часто бывает на Валааме, суровая, величественная природа которого ассоциировалась у юноши с природой родного Приуралья.
В 1860 году за два валаамских пейзажа Шишкин получает Большую золотую медаль и право на заграничную командировку. Однако он не спешит за границу и весной 1861 года отправляется в Елабугу, где много пишет на природе, «от которой только может быть существенная польза для пейзажиста».
За границу Шишкин едет только в 1862 году. Берлин и Дрезден не произвели на него особого впечатления: сказывалась и тоска по родине («отчего я не в России, которую так люблю»). Оживился Шишкин лишь в Праге, где «встретился со многими чехами; народ все прекрасный и охотно говорят по-русски». Он восхищается рисунками «славянских типов» крупного чешского реалиста 60-х годов XIX века – Йозефа Манеса. В 1863 году в Цюрихе Шишкин посещает мастерскую живописца и гравера Р. Коллера, где знакомится с техникой офорта.
Горные пейзажи Швейцарии оставили художника равнодушным; вскоре вместе с воспитанниками Академии Л. Л. Каменевым и Е. Э. Дюккерком Шишкин начинает работать в Тевтобургском лесу близ Дюссельдорфа. Исполненные пером рисунки привлекли внимание многочисленных ценителей искусства. Сам художник вспоминал об этом: «Где и куда ни пойдешь, везде показывают – пошел вот этот русский, даже в магазинах спрашивают, не вы ли тот русский Шишкин, который так великолепно рисует».
В 1865 году Шишкин возвращается в Россию и за картину «Вид в окрестностях Дюссельдорфа» (1865, Государственный Русский музей) получает звание академика. Шишкин быстро входит в круг интересов отечественной художественной жизни, бывает на четвергах Артели художников. «Громче всех, – вспоминает Репин, – раздавался голос богатыря И. И. Шишкина; как зеленый могучий лес он заражал всех здоровьем, весельем, хорошим аппетитом и правдивой русской речью. Немало нарисовал он пером на этих вечерах превосходных рисунков. Публика, бывало, ахала за его спиной, когда он своими могучими лапами ломового и корявыми от работы пальцами начнет корежить и затирать свой блестящий рисунок, а рисунок точно чудом или волшебством каким от такого грубого обращения автора выходит все изящней и блистательней».
Произведения Ивана Ивановича «Рубка леса» (1867, Государственная Третьяковская галерея), «При закате» (1869, Государственный Русский музей), «Полдень в окрестностях Москвы» (1869, Государственная Третьяковская галерея), где раскрываются особенности национального пейзажа, отвечали направлению, которое развивалось впоследствии Товариществом передвижных художественных выставок. Вместе с Крамским, Перовым, Г. Г. Мясоедовым, Саврасовым, Ге и другими в 1870 году он становится членом-учредителем Товарищества. И. Н. Крамской, высоко ценивший искусство Шишкина, помогавший ему, вплоть до того, что предоставлял свою мастерскую для работы над конкурсной картиной «Мачтовый лес в Вятской губернии» (1872, эта картина под названием «Сосновый бор» находится в Государственная Третьяковская галерея), писал о достоинствах Шишкина: «Шишкин нас просто изумляет своими познаниями… И когда он перед натурой, то точно в своей стихии, тут он и смел, и ловок, и не задумывается, как, что и почему… тут он все знает, я думаю, что это единственный у нас человек, который знает природу ученым образом… Шишкин – это верстовой столб в развитии русского пейзажа, это человек-школа».
На Вторую выставку передвижников Шишкин представил картину «В лесной глуши» (Государственный Русский музей), за которую в 1873 году получает звание профессора. Пространственно строя композицию (где-то в глубине, среди чахлых деревьев виден слабый солнечный просвет) от затененного переднего плана, он дает возможность ощутить сырость воздуха, влажность мхов и валежника, проникнуться этой атмосферой, словно оставляя зрителя наедине с гнетущей глухоманью. И, напротив, полна приволья, солнца, света, воздуха его известная картина «Рожь» (1878, Государственная Третьяковская галерея). Картина эпична: она словно синтезирует черты национального характера русской природы, то родное, значительное, что видел в ней Шишкин: «Раздолье. Простор. Угодье, рожь. Божия благодать. Русское богатство…»
Поэтическим чувством проникнуто полотно «Среди долины ровныя» (1883, Государственный музей русского искусства, Киев), в нем сочетаются величие и задушевная лирика. Названием картины стали строки из стихотворения А. Ф. Мерзлякова, известные как народная песня. Но картина не является иллюстрацией стихов. Ощущение русского раздолья рождает образный строй самого полотна. Что-то радостное и вместе с тем задумчивое есть в широко распахнувшейся степи (именно такое ощущение вызывает свободная, незамкнутая композиция картины), в чередовании освещенных и затемненных пространств, в засохших стеблях, словно стелющихся под ноги путнику, в величественном дубе, возвышающемся среди равнин.
Несмотря на успехи Шишкина в пейзажной живописи, близкие друзья настойчиво советовали ему обратить внимание на выразительные средства, в частности, на передачу световоздушной среды. Да и сама жизнь требовала этого. Достаточно вспомнить колористические достоинства известных к тому времени произведений Репина и Сурикова. Потому в картинах Шишкина «Туманное утро» (1885, Горьковский государственный художественный музей) и «Сосны, освещенные солнцем»(1886, Государственная Третьяковская галерея) привлекает не столько линейная композиция, сколько гармония светотени и цвета. Это же свойственно пейзажам «Дубы»(1887, Государственный Русский музей), «Золотая осень» (1888, Пермская государственная художественная галерея) и другим.
Хорошо передана жизнь леса в широко известной картине «Утро в сосновом лесу» (1889, Государственная Третьяковская галерея), написанной Шишкиным вместе с К. А. Савицким, и холсте «Дождь в дубовом лесу» (1891, Государственная Третьяковская галерея).
Наряду с живописными работами особое место в творчестве Шишкина принадлежит графике. Художник мастерски владел искусством рисунка и гравюры. Его рисунок претерпел такую же эволюцию, как и живопись. Рисунки 80-х годов, которые художник выполнил углем и мелом, гораздо более живописны, нежели рисунки пером, относящиеся к 60-м годам. В 1891 году в Академии было выставлено более шестисот этюдов и гравюр Шишкина. Выставка давала представление об огромном труде художника, глубоко чувствовавшего и стремящегося передать красоту и богатырскую силу российской природы.
Творческая деятельность Ивана Ивановича Шишкина была завершена величественной композицией «Корабельная роща» (1898, Государственный Русский музей), в которой опыт и мастерство художника выразили неизгладимые впечатления детства. На полотне, написанном незадолго до смерти, изображена афонасовская корабельная роща близ Елабуги. В картине – то знакомое сочетание большого и малого, могучего и хрупкого, что так зорко видел художник в природе родного края, что знал и любил и так искренне воспел своей кистью «русской, простой, бесхитростной».
8 марта 1898 года художника не стало.
А. Ф. Дмитренко.
«50 биографий мастеров русского искусства». «Аврора», Ленинград, 1971.
